10Dec

Глава 12

– Так значит я был прав считая, что Абиру зайдет по пути к фон Элгерсу. Слушай, мы должны быстрее уматывать отсюда. Как тебе понрави-тся помахаться с этим здоровяком идше?

Вольф возразил, что он ничего не знает об изящных правилах турниров, и что на усвоение их потребуется целая жизнь.

Кикаха отмел это:

– Если бы ты собирался пареломить с ним копье, ты был бы прав. Но мы вызовем его посостязаться на мечах, без щитов. Фехтование на мечах - не совсем то, что поединок на рапирах или саблях. Здесь главную роль играет сила, а именно она-то у тебя имеется!

– Я же не рыцарь. Все видели, как я пришел, словно простой бродяга.

– Чепуха! Ты думаешь, эти дворяне не разгуливают все время замаски-ровавшись? Я скажу им, что ты сарацин, язычник, хамшем, но мой настоя-щий добрый друг. Я мол спас тебя от дракона или какая-нибудь подобная сказка про белого бычка. Они ее проглотят. Придумал! Ты - сарацин Вольф. Есть знаменитый рыцарь с таким именем. Ты путешествовал замаскировавшись надеясь найти меня и отплатить мне за спасение тебя от дракона. Я слишком избит, чтобы преломить еще одно копье с Фунем Лаксфальком - это не ложь: я так задубел и исколочен, что едва могу двигаться - и ты поднимешь перчатку за меня.

Вольф спросил, какой ему выдвинуть предлог для неприменения копья.

– Я им расскажу какую-нибудь байку. Скажем, вороватый рыцарь спер твое копье, и ты поклялся никогда не пользоваться копьем, пока не вернешь украденное. Они это примут. Они всегда дают какой-нибудь глупый обет. Они ведут себя точь-в-точь, как компания рыцарей Круглого Стола короля Артура. На Земле никаких таких рыцарей никогда не существовало, но Господу должно быть доставляло удовольствие заставлять их вести себя так, словно они только что прискакали из Камелота. Он был романтиком, что там о нем ни говори.

Вольф сказал, что он не горит желанием, но если это поможет ускорить их отправку к фон Элгерсу, он сделает что угодно.

Собственные доспехи Кикахи были недостаточно велики для Вольфа, поэтому принесли доспехи идишского рыцаря, ранее убитого в тот день Кикахой. Слуги облачили его в синие латы и кольчугу и отвели его к лошади. Это была прекрасная кобыла изабелловой масти, также принадлежавшая убитому Кикахой рыцарю, Рихтеру фон Ройтфельду.

Дишь с небольшим трудом Вольф сел на лошадь. Он ожидал, что доспехи окажутся настолько тяжелыми, что его придется поднимать в седло с помо-щью крана.

Кикаха сообщил ему, что некогда это могло быть и так, но с тех пор рыцари давно уж вернулись к более легким латам, а чаще просто надевали кольчугу.

Явился идишский посредник, объявивший что фунем Лаксфальк принял вызов, несмотря на отсутствие у Вольфа рекомендаций. Если доблесный и почтенный барон-разбойник Хорст фон Хорстманн ручался за Вольфа, это было достаточно хорошо для фунем Лаксфалька.

Вся речь была просто формальностью.

Идишский паладин ни на минуту не думал отвергнуть вызов.

– Сохранение лица здесь большое дело, - пояснил Вольфу Кикаха.

Сумев хромая выйти из шатра, он давал своему другу последние инструкции:

– Я рад, что ты появился, старина, Я не смог бы выдержать еще одно падение и не посмел бы отступить.

Снова взревели трубы. Изабелла и вороной поднялись в бурный галоп. Они на полном скаку пронеслись мимо друг друга, и в это время всадники взмахнули мечами. Те лязгнули друг о друга. По кисти и руке Вольфа пробежал парализующий шок. Однако, когда он развернул свою лошадь, то увидел, что меч его противника лежал на земле. Идше быстро спешился, чтобы добраться до своего клинка раньше Вольфа.

Он так спешил, что подскользнулся и упал на землю головой вперед.

Вольф медленно подьехал к нему на лошади и, не торопясь, спешился, давая другому оправиться. При этом рыцарском шаге оба лагеря разрази-лись одобрительными криками. По правилам Вольф мог остаться в седле и зарубить фунем Лаксфалька, не разрешая ему подобрать оружие.