20Jun

Глава 12

Когда меня выписали, я отправился искать Мэри. Кроме слов Старика, у меня по-прежнему ничего не было, но теперь мне начало казаться, что я и в самом деле выставил себя полным идиотом. Я не ждал, что она обрадуется моему появлению, но хотелось как-то оправдаться.

Вы, возможно, скажете, что разыскать высокую красивую рыжеволосую девушку ничего не стоит: ее мол, все должны помнить. Но агенты-оперативники то и дело исчезают на задания, а у сотрудников базы не принято болтать лишнего. В отделе личного состава со мной просто не стали разговаривать и направили в оперативный отдел, то есть к Старику, что меня совсем не устраивало.

Еще большую подозрительность мои расспросы вызвали у дежурного, который следит за теми, кто прибывает и отбывает. Я чувствовал себя как шпион в своем собственном Отделе.

Потом мне пришло в голову обратиться в лабораторию. Начальника я не нашел, и пришлось говорить с заместителем. Тот сделал вид, что вообще ничего не знает о девушке, участвовавшей а проекте "Интервью", почесался и занялся своими бумагами. Выбора не оставалось, и я пошел к Старику.

За столом мисс Хайнс сидела новая секретарша. Мисс Хайнс я, кстати, так больше и не видел, но расспрашивать о ее судьбе тоже не стал. Просто не хотел знать. Новая секретарша ввела мой личный код, и - о чудо! Старик оказался на месте и согласился меня принять.

– Ты чего пришел? - ворчливо спросил он.

– Подумал, что у тебя, может быть, есть для меня какая-нибудь работа, - ответил я, хотя собирался сказать совсем другое.

– Вообще-то, я как раз собирался тебя вызвать. Ты и так уже долго прохлаждаешься. - Он гавкнул что-то в интерком и встал. - Пошли.

Я вдруг почувствовал себя совершенно спокойно.

– В "Косметику"?

– Сегодня сойдет и твоя собственная физиономия. Мы едем в Вашингтон.

– Тем не менее мы зашли в "Косметику", но только для того, чтобы переодеться в уличную одежду. Я получил пистолет, и заодно там проверили мой аппарат связи.

Охранник на входе заставил нас оголить спины, и лишь после этого позволил подойти и отметиться. Мы поднялись наверх и оказались на одном из нижних уровней Нью-Филадельфии.

– Надо понимать, этот город чист? - спросил я Старика.

– Если ты действительно так думаешь, у тебя совсем мозги заржавели, ответил он. - Гляди в оба.

Расспросить его подробней уже не удалось. Присутствие такого большого числа полностью одетых людей здорово действовало на нервы. Я невольно сторонился прохожих и выискивал взглядом сутулых. А подниматься в переполненном лифте до стартовой платформы вообще казалось безумием. Когда мы нырнули наконец в машину, и Старик набрал код, я ему так и сказал.

– Куда, черт побери, смотрят власти? Мы только что прошли мимо полицейского, и у него, ей богу, был горб!

– Возможно. Очень даже возможно.

– Вот тебе раз. Я-то думал, у тебя все схвачено, и их теснят на всех фронтах.

– У тебя есть какое-то предложение?

– Да это же проще простого. Даже если начнутся морозы, никто не должен ходить с закрытой спиной, пока мы не убедимся, что перебили всех паразитов. - Верно.

– Так в чем... Послушай, а Президент знает, что происходит?

– Знает.

– Тогда чего он ждет? Ему нужно объявить военное положение и начать действовать.

Старик задумчиво разглядывал сельский пейзаж внизу.