23Jul

Глава 4

Значит, я опять потерял Лану! Не было сомнений в том, что она захвачена воинами Хин Абтеля. Я попросил Ган Хора, чтобы он дал мне тота. Я хотел съездить сам, чтобы осмотреть место. Ган Хор отправился вместе со мной в сопровождении небольшого вооруженного отряда.

На том месте, где я покинул своих друзей, по-видимому, была жаркая схватка. Вся земля была изрыта и пропитана кровью. Но в каком направлении двинулись похитители определить было невозможно, на упругом мхе не осталось никаких следов.

– Далеко ли отсюда враги? - спросил я.

– Около девяти хаадов. (Это не больше трех миль.)

– Нам лучше вернуться в лагерь, нас слишком мало, чтобы пытаться спасти их сейчас. Я вернусь сюда ночью,- сказал я.

– Мы можем в сумерках напасть на один из их лагерей.

– Нет. Я придумал кое-что другое. Я пойду один.

– Но это небезопасно. В моем распоряжении сотня воинов, с которыми я совершаю набеги на отряды Абтеля. Они буду рады сопровождать тебя, Джон Картер.

– Я ведь иду только в разведку, Ган Хор. Мне лучше ехать одному.

Мы вернулись в лагерь и я с помощью одного воина перекрасился в красный цвет. Баночка с красной краской всегда была при мне.

С наступлением темноты я сел на тота и в сопровождении Ган Хора и двух его воинов поехал к расположению войск панаров. К счастью, ночь стояла безлунная и мы подобрались к кострам довольно быстро. Затем я спешился и пожелал своим сопровождающим доброй ночи.

– Удачи,- сказал Ган Хор,- она тебе будет не лишней в такую ночь.

С ними был и Кор Ан.

– Я хотел бы пойти с тобой, принц,- сказал он.- Так я мог бы загладить свою вину перед тобой.

– Если бы мне требовался помощник, я взял бы тебя, Кор Ан. И не думай больше о своей вине. Если ты хочешь что-то сделать для меня, обещай всегда сражаться за Тару из Гелиума и Лану из Гатола.

– Клянусь своим мечом! - горячо воскликнул воин. Я расстался с ними и стал осторожно пробираться к лагерю панаров: пришлось ползти на животе - чего не сделаешь ради спасения близких людей. И вот я уже совсем близко: в отблесках костров хорошо видны лица воинов, слышны их грубые и хриплые голоса, громкий смех.

Дорогу к лагерю мне преграждал часовой, расхаживающий взад и вперед, как маятник. Распластавшись на земле, я буквально вжался в нее. Стражник подошел ко мне совсем близко, зевнул. Я стремительно вскочил и, прежде чем он успел крикнуть, схватил его за горло... Трижды я вонзил свой кинжал в его сердце. Мне не хотелось делать это, но другого выхода у меня не было: нужно было спасать Лану.

Бесшумно я опустил тело часового на землю. Возле костра поднялся один из воинов и, вглядываясь в темноту, спросил:

– Кто там?

– Часовой,- ответил кто-то из сидящих возле костра. Стараясь ничем не выдать себя, я не спеша двинулся в том же направлении, что и часовой, от всей души желая, чтобы никто не пошел посмотреть, в чем дело.

– Клянусь, я видел там двоих,- произнес первый голос.

– Тебе всегда что-то мерещится.

Я все так же неспешно продолжал патрулирование, и вскоре они забыли о своем разговоре и начали беседовать на другую тему. Тогда я присел возле убитого часового, снял его одежду и быстро натянул на себя. Теперь я превратился в панара, воина Хин Абтеля из далекого холодного северного города.